iPhonographique by Alexey Nikishin and Valeria Gai Germanika

Купил тут в Гараже прошитую и пронумерованную тонкую книжку, купил вообщем-то на волне моей довольно бездумной любви в творчеству Гай Германики. Экземпляр 14 из 100.

Надо сказать, белые стихи Германики – я бы даже сказал, белая проза – меня тронули только по касательной, а, может, просто настроение не на 100% совпало. Слишком просто для печатных слов – идеально было бы для сценария, чуть рвано, но от актеров, не с листа, думаю, звучало бы иначе.

В принципе, эта книга – крайне занимательный формат, вот так сопроводить фоторяд из instagram прыгающей и колющей белой прозой, рваной, нечеткой, сленговой.

Стихи и признания в любви в whatsapp, портреты влюблённых в instagram, слезы расставания по facetime, ну и игра в ассоциации (она правда называется “крокодил”?) по multi picture skype call.

О, дивный новый мир. #tag #moretag #moretag

http://www.alexeynikishin.ru/books/iphonographique

 

Advertisements

Золушка беременная Эдуарда Лимонова

В продолжение неожиданной вечерней дискуссии достал с полки и разом прочитал очередной купленный, но отложенный в дальний ящик сборник стихов Эдуарда Вениаминыча периода 2013-2015 гг.

Дедушка жжёт по-прежнем, спору нет. Резкий и неотесанный, грубый, порой неприятный, и в то же время интересный слог.

При всём моём желании в очередной раз выложить что-то жёстко скабрезное, на грани пошлости или даже скорее за её гранью (тема Фифи мигрирует из книги в книгу) – что там говорить, семидесятилетний с гаком Лимонов даст фору целой армии молодой шпаны, да и middle aged внутренним пенсионерам типа меня – все же лучшее стихотворение в книге, неожиданно, это.

Оно вполне, по моему вкусу, может послужить эпиграфом к (считаю) абсолютно превосходной Харьковской трилогии, которую (опять же считаю) вполне следуют добавить к школьной программе. А Эдичка? Да что там Эдичка

 

Так мы росли. Восточная Европа.
Кремль из подушек. Храм из одеял.
Никто не видел дальше микроскопа,
И телевизор не существовал…
На телевизор вскоре все молились,
По вечерам как в церковь в гости шли,
Причёсанные, важные, садились,
В подарок булок и конфет несли.
Мы западная Азия из глины —
Печальные и мрачные хунну,
И потому мы отдали грузину
Большую, неуютную страну.
И потому под взгляд его мордатый
И черные блестящие усы,
Шли мрачно азиатские солдаты
На Ваш Берлин, из лесополосы…

 


Голубые таблетки Фредерика Питерса

Неожиданно нашёл на полке купленный год или два назад и взапой, за час, с сигарой и чаем, прочитал этот короткий трогательный роман в картинках.

Наилучший подход – даже не знать, о чем он, совсем не смотреть на рецензии и краткое содержание на обороте, когда начинаешь читать – тогда его тонкость, нежность, сомнения, страхи, переживания, предрассудки будут максимально выпуклы, неприкрыты, будут резать как нож. Я читал именно так.

Превосходно, да.

А Земфира неправа, вот.